Мюзиклы

НИНА КАПИТОНОВНА:

Цветочки славные у вас,

Да жаль - подвяла красота.

Вы здесь уже четвёртый час,

А Катя очень занята.

КАТЯ:

Бабушка!

РОМАШОВ:

Все, ухожу.

Но напоследок я скажу,

Что подошли мы к рубежу,

Который делит жизнь людей на до и после .

Как верный пёс на поводу,

Я девять лет покорно жду...

Не знаю, что это - безумье ли, гипноз ли?

Ах, девять лет - солидный стаж,

И, словно Ваш послушный паж,

Я снова здесь, я снова рядышком, я снова возле.

Неужто я настолько плох,

Чтобы с двенадцати до трёх

Без перерыва на обед

Все время слышать слово нет ?

Скажите да !

КАТЯ:

Ваш пафос ни к чему.

РОМАШОВ:

Но почему? Но почему?!

Так вот, я знаю, почему

Меня третируете вы -

Из-за того, что прошлого фантом

Упрямо застит вам глаза.

Ведь вы привыкли жить в дыму

Сгоревшей в юности листвы,

И девять лет вы помните о том,

Кто всё забыл сто лет назад.

О том лжеце, кто клеветою эти стены осквернил,

И девять лет вам не писал и не звонил.

КАТЯ:

Алло... Да!

26. ШАНТАЖ

НИКОЛАЙ АНТОНОВИЧ:

Что происходит? Встаньте, мой друг!

Ну-с, на когда-с назначена свадьба?

РОМАШОВ:

Сам бы хотел бы это узнать бы.

Я уж почти женился, как вдруг

Кто-то звонит, и все насмарку...

Девушка в три прыжка выскакивает вон!

НИКОЛАЙ АНТОНОВИЧ:

Ну да, ну да, конечно, это он...

РОМАШОВ:

Кто?

НИКОЛАЙ АНТОНОВИЧ:

Я свой доклад по Белому морю

Делал вчера в ГлавСевМорПути,

Где и узнал, что некто Григорьев

К ним завтра утром должен зайти.

Я слышал, он хлопочет

В инстанциях высоких

О рейде поисковом

На северо-востоке.

Он, видите ли, хочет

Все сразу и немедля.

На редкость непоседлив

Заклятый ваш друг!

РОМАШОВ:

Вот ведь, как нарочно, выбрал времечко!

Нет бы подождать еще маленечко.

Я тут на коленях тщусь понравиться,

А ему все даром в руки валится!

Мне нужно от него избавиться!

И вы обязаны помочь...

НИКОЛАЙ АНТОНОВИЧ:

Обязан?

РОМАШОВ:

А как же!

Видимо, вы забыли о том,

Как, выполняя вашу же просьбу,

Я вам помог с тем самым письмом.

Вот был бы ужас, если б нашлось бы

Несколько строк на ветхом листочке...

Толстых томов ценнее сто крат.

Смогут они расставить все точки

В деле о том, как сгинул ваш брат!

Нет, вы обязаны помочь.

Пусть уберется из Москвы!

НИКОЛАЙ АНТОНОВИЧ:

Доколе ж можно портить людям кровь,

Интриговать и угрожать?

РОМАШОВ:

Ну вот, я вижу, вы не прочь...

НИКОЛАЙ АНТОНОВИЧ:

Уж не надеетесь ли вы

Завоевать Катюшину любовь

Путем угроз и шантажа?

Ну что ж, валяйте, ворошите наше грязное белье.

Спешите точки расставлять над ё!